МОСКВА, 11 мая — ПРАЙМ. Геополитика по-прежнему остается главным фактором, влияющим на динамику рубля. О том, вернется ли рубль к уровню в 70 рублей за доллар или американская валюта сможет подскочить до 80 рублей и выше, стоит ли сейчас покупать валюту в инвестиционных целях, как покупка иностранных акций влияет на динамику рубля в интервью агентству Прайм рассказал президент российского подразделения международной валютной ассоциации ACI Russia Сергей Романчук. Беседовала Елена Лыкова.

— Геополитические риски никуда не делись, но доллар с апрельских максимумов в 78 рублей снизился в район 74 рублей. Почему так происходит? Мы достигли макроэкономической стабильности?

— Мы достигли некоторой стабильности: курс, несмотря на достаточно сильные геополитические вызовы, остался в том диапазоне, в котором он находился все годы после валютного кризиса 2014-2015 годов. Величина золотовалютных резервов, понятная и осознанная политика Центрального банка по присутствию на валютном рынке, достаточно жесткая бюджетная политика — все вместе оставляет рубль в этом диапазоне.
Но при этом главной темой остаются геополитические риски, которые операционно реализуются через угрозу и введение санкций и которые оказывают влияние на курс.

— Могли ли мы выйти за 78 рублей за доллар и существенно выше?

— В принципе, могли, если бы реализовался сценарий более сильных санкций. Те санкции, которые были введены США против РФ, носят по-прежнему сигнальный характер, но закладывают основу для усиления в будущем, когда ситуация потребует таких действий.

Если бы Штаты не ограничились запретом доступа на первичный рынок российского госдолга американским компаниям, а например, закрыли доступ к вторичному рынку ОФЗ, это могло привести к массовому выходу инвесторов. И дальше колебание курса зависело от конкретных антикризисных решений, которые бы принимал ЦБ.

Например, могли бы быть следующие сценарии развития событий. Если бы Банк России полностью доверился рынку, то, скорее всего, курс доллара подскочил бы выше 80 рублей. Если бы Центральный банк провел специальные аукционы по продаже им валюты и покупке ОФЗ, чтобы не оказывать существенного влияния на цены на госбумаги и на курс, то можно было бы обойтись и без выхода в этот диапазон, потому что колебания при тяжелых санкциях на ОФЗ все равно носили бы краткосрочный характер.

И упомянутая макроэкономическая стабильность все-таки позволяет удерживать инфляцию и курс в более-менее тех диапазонах, которые мы видели ранее, поэтому жертвовать макроэкономической стабильностью не было бы никакого смысла даже в случае более глубоких санкций.

Весь инструментарий у ЦБ РФ и у Минфина для купирования внешнего шока есть, и им однозначно воспользовались бы.

Тем не менее, неопределенность по санкциям осталась. И если бы не она, то рубль стоил бы существенно дороже — справедливый чисто экономически курс сейчас был бы в районе 70 рублей за доллар. Мы находимся около 74-75 рублей за доллар — так что существенная премия остается.

— Какие основные факторы помимо геополитики влияют на формирование курса рубля?

— Геополитика — фактор номер один, и от него будет зависеть дальнейшая судьба курса рубля.

Единственное, я бы здесь еще обратил внимание на политический фактор не только как на геополитический, то есть влияющий на курс через санкции, а и на внутренние факторы, которые обуславливают отток капитала, прежде всего из среднего и малого бизнеса и за счет населения. В частности, речь идет о поиске объектов инвестиций за рубежом, покупке иностранных акций, создании запасных аэродромов и переводе бизнеса. Если малому бизнесу некомфортно, если увеличивается волна миграции, это также ослабляет рубль.

Еще один фактор, влияющий на рубль — это пандемия и ее развитие. В связи с этим сложная ситуация с туризмом является реально выигрышной для курса рубля, потому что российские домохозяйства по сути несколько десятков миллиардов долларов вывозят ежегодно в турпоездках, и этот поток приостановлен. Это было заметно даже по решению по Турции — одно оно полмиллиарда долларов оставило в России.
Кроме того, от развития эпидемиологической ситуации зависит рост экономики не только в России, но и за рубежом.

— Какой курс рубля вы ожидаете до конца года?

— При прочих равных, если геополитическая ситуация стабилизируется и не будет ухудшаться, несмотря на все оговорки, рубль должен, скорее всего, вернуться к более обоснованным экономически курсам. Вполне можно было бы ожидать укрепления рубля к уровню 70 рублей за доллар, но было бы сейчас крайне безответственно четко предполагать, какой будет курс.

Но если мы заложим инерционный сценарий, то я бы сказал, что к концу года курс будет в районе 75 рублей, как и сейчас. Наверное, будут периоды, когда рубль будет укрепляться. Но полностью, видимо, обратного притока нерезидентских денег на рынок мы не увидим, а внутренний отток капитала сохранится, что не позволит рублю достичь чисто экономически обоснованных уровней, и, скорее всего, примерно на этом уровне мы и встретим новый год — на уровне 75 рублей за доллар.

Почему я не жду большего обесценивания рубля? Потому что фундаментальные факторы действуют на укрепление, и надеюсь, что Центральный банк сможет справиться с инфляцией. Если бы инфляционная спираль продолжала разгоняться, то можно было бы дальше ожидать более долгосрочное ослабление рубля. Но поведение ЦБ с подъемом ставки даже более быстрым, чем ожидания аналитиков, говорит о том, что ситуация с инфляцией, скорее всего, будет купирована. А если с инфляцией все будет хорошо, то и фундаментальных причин для сильного ослабления курса тоже не будет.

— Вы сказали, что покупка иностранных акций россиянами ослабляет рубль…

— Покупка иностранных акций на российских площадках для населения — это прекрасная инвестиционная возможность.
Может быть, это прозвучало, как будто это плохо? Это плохо для динамики курса рубля, а для широкого круга инвесторов — это хорошо.

Хорошо, но с оговорками. Американский рынок акций, продемонстрировав впечатляющий рост, может продемонстрировать такое же впечатляющее падение. Если речь не идет об инвестициях, длинною в 10 и более лет, то результат, который можно получить в короткий период, гораздо больше зависит от фундаментальных параметров риск/доходность. Если заработали в этом году — прекрасно, но это не говорит о том, что не будет никогда убытков.

И здесь, кроме стоимости акций, добавляется еще компонент неопределенности курса доллара к рублю, если пересчитывать стоимость ценных бумаг в рублях. А естественно, прибыль в России считается в рублях, это и добавляет неопределенности игре. Но при учете рисков, это хорошая альтернатива инвестициям только на российском рынке.

— Стоит ли простым гражданам сейчас покупать доллары, например, с инвестиционными целями?

— Что касается непосредственной покупки долларов, то, на мой взгляд, курс сейчас с этих значений среднесрочно вряд ли будет укрепляться.

Если бы мы подошли ближе к 70 рублям за доллар, я бы говорил о том, что с точки зрения выбора момента покупки валюты в инвестиционных целях, это хороший вариант. Сейчас при текущем курсе в 74-75 рублей мы находимся в середине диапазона 70-80 рублей.

В том случае, если будут жесткие санкции и нарастание напряженности во взаимоотношениях России и США, то мы можем легко увидеть поход на 80 рублей за доллар. Если же подобных новостей не будет, то мы можем сползти к 70 рублям. То есть сейчас нет каких-то дополнительных оснований покупать валюту. Другое дело, если покупка — это долгосрочная стратегия: любой курс является справедливым на тот момент, когда мы делаем выбор.

— Все чаще звучат «страшилки» об отключении российских банков от системы SWIFT. Это действительно может обернуться катастрофой?

— Если будут реализованы ограничения для банков совершать транзакции посредством SWIFT, то банки будут совершать их другим способом.

Что такое SWIFT? Это просто самая распространенная и достаточно дешевая, эффективная и защищенная сеть для пересылки финансовых сообщений. Когда вы устанавливаете отношения банк-клиент-банк, вы можете пользоваться и другими способами, чтобы послать платежное поручение, сделать перевод.

Мне кажется, что разговор об отключении от SWIFT, это некая рамка. А что под этим понимается внутри — здесь могут быть уже разные вещи. Например, теоретически может быть запрет на операции в иностранной валюте российскому государству. Но у нас есть золотовалютные резервы, есть обязательства в иностранной валюте. И чтобы это все как-то отрубить, должен реализоваться «иранский» сценарий, который теоретически, наверное, возможен, но практически невероятен в ближайшее время.

— Московская биржа с 26 апреля предоставила возможность совершать операции с основными мировыми валютами на сумму от доллара или евро. Повысит ли это интерес физиков к торгам и не приведет ли к закрытию обменников?

— Это было введено в технических целях, чтобы дать возможность в случае необходимости с точностью до 1 цента совершать транзакции, не выходя за контур биржи. Это нужно, например, брокерам для взаимодействия со своими клиентами. Но в экономическом плане идти на биржу, чтобы поменять несколько сотен долларов, занятие бессмысленное.

В этом случае такая опция не представляет конкуренцию обычным обменникам. Технологически для физлица это все равно сложнее: вам нужно иметь счет у брокера, нужно завести деньги или вывести, на маленькие суммы как правило брокера за ввод и вывод устанавливают комиссии, потому что мелкие транзакции с точки зрения документооборота не отличаются от крупных.

— На Биржевом форуме управляющий директор по продажам и развитию бизнеса, член правления Московской биржи Игорь Марич отметил, что глобальные торги парами с российской валютой в целом фрагментированы. Как может измениться рынок, если Мосбиржа запустит круглосуточную торговлю валютой? Нужны ли России торги в режиме 24/7? Обращались ли участники торгов с предложением к бирже ускорить запуск круглосуточных торгов?

— Большинство транзакций на валютном рынке проходит напрямую между участниками, а не только через биржу, и у них разные роли.

Есть роль банков-маркетмейкеров, появилась новая рель манкетмейкеров-алгоритмических фондов, которые пользуются услугами банков, чтобы иметь возможность заключать сделки с широким кругом участников, это так называемый prime brokerage, есть крупные корпораты, средний бизнес. Соответственно, для них банк тоже является контрагентом, а если компании крупные, то могут напрямую выходить на валютный рынок, например, через Московскую биржу. В общем, это такой большой «зоопарк». Кроме того, у участников рынка совершенно разные запросы по объему и частоте операций. Такая фрагментированность, я думаю, останется.

Что касается планов Московской биржи занять весь рынок, в какой-то степени они выполняются. Как мы видим, ранние торги (с 7.00 мск) привели к тому, что цены на валютном рынке по паре доллар-рубль возникают на три часа раньше, а торговля ночью на рынке forex — между закрытием в 23.50 и открытием торгов в 7 утра на Московской бирже — почти полностью исчезла. Раньше в азиатскую сессию кто-то что-то делал. Сейчас почти ничего не происходит.

В том случае, если Московская биржа как главная инфраструктурная площадка в мире, где образуется курс доллара к рублю, предложит 24-часовую торговлю, скорее всего, российский рубль станет круглосуточно торгуемым с достаточно приемлемыми спредами, также как это происходит по основным валютным парам. Если биржа так сделает, то какие-то цены будут и ночью, хотя, понятно, что рынок будет менее ликвидным, могут быть большие ценовые колебания, но на небольшие суммы рынок будет формироваться.

С большим развитием алгоритмический торговли будет возможность поддерживать и 24-часовой формат в какой-то перспективе, хотя это, безусловно, влияет на бизнес финансовых посредников, прежде всего, брокеров. Какого-то существенного бизнес-интереса ни у рынка, ни у биржи не будет, скорее, это будет больше символический шаг по формированию цены. С точки зрения объемов или прибыли биржи, я не думаю, что это будет существенно.

Трудно представить корпоративного казначея, например «Газпрома» или «Лукойла», который будет вставать в 3 утра, чтобы сделать сделку по паре доллар-рубль. А интерес азиатский не такой большой и вполне удовлетворяется в утреннюю сессию. Поэтому продлять сессию дальше — это, скорее, имиджевая вещь, чем реальный бизнес-интерес. С другой стороны, если дать такую возможность, может быть, и интерес появится, рубль будет реагировать с открытием Азии в утренние часы на какие-то события.

— Вы на Биржевом форуме говорили о том, что биржевой валютный «стакан», в котором торги валютой происходят крупными лотами с использованием технологии speed bump, пустует. На ваш взгляд, почему это происходит? Что стоит сделать бирже, чтобы привлечь участников торгов?

— Пользуясь случаем, приглашаю всех, кто конвертирует валюту на сумму больше 1 миллиона долларов, прежде всего, профучастников, компании, у которых есть достаточно крупные экспортно-импортные операции, обратить внимание на него.

Как правило, ситуация очень простая: непосредственные конечные пользователи, кто смотрит на курс, не открывают необходимые настройки в торговых программах. Стакан с этими особенными условиями торгов с speed bump называется по-другому. Если классический USDRUB_TOM, то там USDRUB_TMB, и люди просто могут не знать.

Для клиентов это именно то, что нужно на крупных лотах, потому что маркет-мейкеры могут держать спред уже потому, что этот стакан защищен от сверхвысокочастотных агрессивных алгоритмических клиентов, которые пытаются собирать заявки, висящие в привычной системе лимитными ордерами в период быстрого движения рынка.

Если сравнить эквивалентную расчетную агрегированную цену на 1 миллион долларов в основном стакане и в этом стакане с задержками, то, как правило, цена со speed bump лучше, и клиент платит нулевую комиссию за сделки.

— Какие игроки на российском валютном рынке наиболее влиятельны в плане объема: банки, корпораты, хедж-фонды, масса частных трейдеров, иностранные игроки?

— Если мы говорим про объемы, то никто не сравнится с высокочастотными алгоритмическими трейдерами, которые, как правило, являются глобальными компаниями, работающими с разными валютными парами и по всему миру.

Но номером один с точки зрения формирования курса и влияния на него, естественно, являются крупные российские корпораты-экспортеры. Также заметную роль играют западные хедж-фонды, осуществляющие операции с глобальным движением капитала. Что касается розничного рынка, то в отличие от рынка акций здесь не такое решающее значение имеют операции частных клиентов.

А вот роль российских банков зачастую сильно преувеличена, потому что в большинстве своем, наши банки являются алгоритмическими высокочастотными трейдерами, их подразделения занимаются тем же самым, что и специализированные фирмы, либо являются посредниками на валютном рынке между корпоратами и остальным рынком. Это роль больше брокерская, чем дилерская. Свои большие открытые валютные позиции банки, как правило, не берут, ограничиваясь ролью посредника и на этом зарабатывая деньги. Причем маржа здесь по-прежнему сужается.

— Банк России в начале текущего года присоединился к международному кодексу FX Global Code. Коммерческие банки выражают такие намерения? Какие сейчас задачи стоят перед ассоциацией ACI и, в частности российским подразделением?

— Мы очень надеемся и ставим перед собой амбициозные задачи на текущий 2021 год — добиться того, чтобы присоединение к глобальному кодексу валютного рынка стало общепринятым для российских участников.

Шаг Банка России в начале года открывает дорогу для присоединения коммерческих банков — крупнейших операторов валютного рынка. Но задача стоит более широко — привлечь к этому и казначейства крупных корпораций. Все это должно увеличить прозрачность валютного рынка, в конечном итоге — его стабильность и улучшить условия и для самих клиентов. Но для этого и сами клиенты должны тоже на добровольных началах придерживаться заложенных в FX Global Code принципов.

Речь идет о том, чтобы не скрывать что-то между строк, чтобы не было манипуляций и сверхприбылей на том, что кто-то чего-то не знает, чтобы было понятно, как происходит ценообразование.

Это попытка создать прозрачную среду на рынке, который является традиционно негулируемым в том смысле, в котором регулируется фондовый рынок. У нас отчасти есть регулирование, так как валюта торгуется на бирже, но основной рынок — внебиржевой.

После серий скандалов, которые были из-за недостаточности раскрытия информации и манипуляций с фиксингами и прочим, была выдвинута эта инициатива центробанками. По всему миру основные игроки к кодексу присоединились, а Россия здесь немного отстает. Наша задача — популяризовать это.

Здесь Банк России мягко подталкивает участников рынка к тому, чтобы это делать. Это не является «обязаловкой», но такая практика является сильно желаемой. Я думаю, что до конца года все основные банки присоединятся, может быть и кто-то из корпоратов.

У Московской биржи, которая раньше всех в РФ подписала этот кодекс, ситуация была гораздо проще, потому что биржа изначально построена на принципах, которые соответствуют Глобальному Кодексу, и ей ничего особо дополнительно не нужно менять и раскрывать. А для банков работы больше. Сейчас очевидно, что клиентам выгодно выбирать банк, который подписался под кодексом. Но, повторюсь, это история добровольная, никаких регуляторных санкций за неподписание не планируется.

Идея в том, чтобы банки, присоединившиеся к кодексу, коммерчески могли получить выгоду за счет того, что продемонстрируют свою клиентоориентированность и смогут привлечь больше клиентов по сравнению с теми, кто этого не сделает.