Не так важны причины разногласий между странами-участницами соглашения, как потенциальные последствия текущих разногласий. В обозримом будущем (в период с августа по декабрь обсуждается повышение на 2 Мб/д) квоты на добычу могут быть сохранены на уровне июля. По крайней мере, на бумаге подобный сценарий в условиях ожидаемого роста спроса на 3 Мб/д может привести к резкому сокращению запасов и дальнейшему росту спотовых цен. В реальности подобная турбулентность цен может привести к снижению дисциплины и раскоординации поставок на горизонте ближайших кварталов, что вновь вернет мировую торговлю сырьем в состояние ценовой конкуренции.

Текущее состояние рынка выглядит крайне благоприятным для рубля — излюбленный индикатор «цена барреля Brent в рублях» обновляет рекорд за рекордом. В моменте он торгуется на уровне 5680 руб., чего даже не наблюдалось в условиях барреля по $100-120. Не означает ли это, что рубль сильно недооценен и должен стоить, скажем, 64 рубля за доллар при условии отката «рублевого барреля» до 5000 руб., наблюдаемого в 2019 году? Ответ «Да», но лишь в теории, при которой в экономике отсутствуют все сектора, кроме сырьевого, и внутренние реальные процентные ставки близки к паритету с глобальными.

На практике, необходимо ввести дополнительные обременения в текущие формулы расчетов. Во-первых, бюджетное правило, предписывающее накопление в резерв избыточных сырьевых доходов. Текущие параметры сделки ОПЕК+ сдерживают накопление резервов из-за ограничения объемов добычи (против базового прогноза конца 2019 года), и быстрое восстановление объемов будет увеличивать «норму сбережения» Минфина (в мае 33%, в 2019 году в среднем 37% от величины собираемых сырьевых доходов). Во-вторых, кривая нефтяных цен находится в сильнейшей «бэквордации» (контракт ближайшего месяца значительно дороже, например, контракта через год – разница составляет $7.5/барр). Это означает, что сиюминутные настроения завышены и в перспективе года-трех на рынок могут вернуться новые объемы. В условиях действия среднесрочных контрактов на поставки нефти, логичнее использовать цены на 1 или даже на 3 года вперед — на этом фоне рубль будет уже не так сильно недооценен. И, в-третьих, несмотря на постоянную реструктуризацию экономики устойчивое укрепление рубля к желаемым уровням начинает размывать стимулы для развития несырьевого экспорта, а также повышает спрос на импортную продукцию, что автоматически возвращает нас в более сложный конструкт реального эффективного валютного курса и реальных процентных ставок. В сухом остатке получим лишь справедливые уровни пары USD/RUB в интервале 70-72, но и даже их непросто удержать в условиях закадровой геополитической борьбы и глобальной интриги (ускорит ли инфляция ужесточение процентной политики мировыми центральными банками?).